Основой почитания Пресвятой Богородицы в Церкви всегда было Ее послушание Богу, полное Ему свободное доверие. Православная Церковь всегда подчеркивала связь Марии с человечеством. Любовалась Ею как лучшим, чистейшим, возвышеннейшим плодом человеческой истории и человеческого искания Бога. Если на Западе, в западном христианстве, в центре почитания Марии всегда стоял образ Ее как Девы, девство которой не нарушено было материнством, то для православного Востока такой сердцевиной любви было и остается ее Материнство, Ее кровная связь с Иисусом Христом.
Православный Восток прежде всего радуется тому, что в пришествии Сына Божьего на землю приняло участие и Его творение – Мария, ставшая Ему матерью по плоти. Самое радостное и глубокое в христианской вере — это «соприродность» Христа нам, что Он подлинно человек, а не таинственное явление. Поэтому понятным становится и любовное почитание Той, которая дала Ему нашу плоть и кровь. Той, благодаря которой Он мог называть себя: «Сын Человеческий».
Бог, снисходящий до человека, чтобы обожить его, спасти и сделать причастником Божества. Именно в этом откровении о подлинном призвании человека — источник благодарного, любовного отношения к Марии как нашей связи со Христом, и в Нем — с Богом.
И нигде это не раскрывается с большей ясностью, чем в празднике Рождества Богородицы. Об этом событии ничего не сказано в Священном Писании. Да и что особенного можно сказать о рождении ребенка подобном всякому рожденью. Но так ли это? Не хочет нам Церковь сказать, прежде всего, что рожденье в мир нового человеческого существа — это чудо всех чудес, чудо именно разрывающее обыденность, ибо тут начало, у которого уже нет конца. Начало единственной, неповторимой человеческой жизни, возникновение новой личности, в появлении которой как бы заново творится мир.
Первое, что мы празднуем в событии этого дня, это пришествие в мир Человека. В Евангелии об этом сказано так: мы не «помним уже скорби из-за радости, что родился человек в мир».
Второе: мы знаем единственность, красоту, благодатность именно этого ребенка, его судьбы, его значения для нас и для всего мира.
И третье — мы почитаем всех тех, которые подготовили Марию, наполнили Ее этой благодатью и красотой. В наши дни много говорят о наследственности, придавая ей какой-то сакральный смысл. Церковь тоже верит в наследственность, но духовную. Сколько веры, сколько добра, сколько поколений людей, живших высшим и небесным, нужно было, чтобы на древе человечества вырос этот изумительный и благоуханный цветок — пречистая Дева и всесвятая Мать! И потому это также и праздник самого человечества, веры в него, радости о нем.
Увы, нам виднее и понятнее наследственность зла. И действительно, сколько зла вокруг нас, что эта вера в человека, в его свободу, в возможность доброй и светлой наследственности уже почти выветрилась и заменилась недоверием. Однако именно этот злой скептицизм призывает нас оттолкнуть от себя Церковь в день, когда празднует она — и с какой радостью и верой — рожденье маленькой девочки, в которой как бы сосредоточилось добро, нравственная красота, совершенство, которые составляют подлинную человеческую природу. Ею, этой рождающейся девочкой, и в Ней встречает мир идущего к нему Христа. И вот мы уже на пути к Вифлеемской пещере, к радостной тайне Богоматеринства.
Приснодевство, то есть вечное Девство Марии, прославляет Церковь, ежедневно повторяя молитву, к ней обращенную: «Богородице, Дево, радуйся, Благодатная Мария, Господь с Тобою…».
Нужно ли доказывать, что эта вера в непорочное зачатие, в девство Марии составляет для очень многих людей своего рода «камень преткновения и соблазна», предмет недоумения и непонимания, предлог для обвинения христианства в суеверии. Но верующие обычно отвечают: это чудо, в которое мы верим, а понять его нельзя…
Ответ этот, для верующих очевидный, необходимо все-таки уточнить. Если есть Бог — Творец мира и жизни и всех ее законов, то тогда Бог всесилен законы эти нарушать. Это на обычном человеческом языке называется чудом. Чудо — это нечто, выходящее за пределы ведомых нам законов природы. Если Бог — Творец, то Он бесконечно возвышается над Своими же «законами природы», всесилен, всемогущ и абсолютно свободен.
Все это так, и вера, отрицающая чудо, то есть подчиняющая Бога ограниченным законам природы, — уже, конечно, не вера.
Но это не значит, что нам — верующим христианам — запрещено спрашивать себя, спрашивать свою веру — о смысле чуда. Ибо в том-то и дело, что христианское понимание чуда, идущее от Евангелия, от Самого Христа, требует от нас духовного внимания. Прежде всего, образ Христа. Евангелие исключает восприятие чуда как факта, принуждающего человека поверить.
Нигде, никогда, ни разу Христос не сказал, что Он родился чудесным образом — не употребил этого «доказательства». Потому как это лишает человека самого драгоценного - свободы. Христос хочет, чтобы люди поверили в него свободно, а не принуждаемые к вере «чудом».
Объяснение это как будто, не относится к чуду рождения Христа от Девы, к Ее приснодевству… Это действительно единственное тайное чудо, только вере открытое и только верою удостоверяемое. Источник нашей веры в том, что Христос есть Бог, ставший человеком, чтобы спасти Свое творение. Спасти от чего? Да как раз от полного, безысходного порабощения природе и ее неумолимым законам, что делает нас только частью природы, только материей, только «плотью и кровью». Но человек — не только от природы. Он, прежде всего, от Бога, от свободной Божьей любви, от Духа.
И вот только это утверждает наша вера: Христос от Бога, Его Отец — сам Бог. С Него, с Его рождения, с Его пришествия в мир начинается новое человечество, которое не от плоти и не от похоти, которой мы подчинили себя, а от Бога. Сам Бог обручается с человечеством в лице лучшего плода Его: пречистой Девы Марии, а через Нее, через Ее веру и послушание дает нам Сына Своего единородного. В мир входит, с нами соединяется Новый Адам, и восстанавливает того — первого, — который был создан не «природой», а Богом. Вот что — с трепетом и радостью — узнаем мы, если верим во Христа, вот почему, принимая Его как Бога и Спасителя, мы узнаем в Матери Его лучезарное приснодевство, и через него — победу в мире Духа и Любви над материей и ее законами.
из слова протопресвитера Александра Шмемана
редакция Анны Ушацкой
источник www.pravmir.ru
Пожертвования можно положить в любую кружку в храме или в часовне, либо перечислить на карту Сбербанка по номеру телефона: 8-915-481-52-27 (Валерий Игоревич К.), перечислить по qr-коду или по реквизитам.
При перечислении пожертвований, просим указать назначение платежа: "Пожертвование на уставную деятельность"
